История

«В 1981 году д-р Колин Салливан (Colin Sullivan) и его коллеги представили свое изобретение
– CPAP-аппарат для лечения обструктивного апноэ сна.
На мой взгляд, единственным возможным соперником данного изобретения, которое приведет к
такому подъему продолжительности и качества жизни человечества,
было открытие пенициллина.
Мы должны поздравить компанию-пионера ResMed с ее многочисленными успехами и
настоятельно призываем ее продолжать создавать эффективные методы лечения, а также
поддерживать растущую информированность общества».
Д-р Уильям Чарльз Демент, американский исследователь сна
и основатель Центра исследований сна в Стэнфордском университете

Меняем жизнь с каждым вдохом!

Эволюция СИПАП-аппарата имеет некоторое сходство с эволюцией миллионов человеческих жизней - вначале СИПАП-аппарат был шумным и громоздким, но, со временем, он стал намного тише, меньше и цивилизованнее. До 1980 года единственным клиническим методом лечения тяжелого обструктивного апноэ сна была процедура трахеостомии (операция рассечения передней стенки трахеи с последующим созданием постоянного отверстия, куда вставлялась дыхательная трубка). Действительно, это было мрачное решение с мрачным прогнозом, но вскоре всё изменилось…

Любой, у кого есть апноэ во сне, может сказать вам, что это ужасное состояние. Представьте себе, что вы просыпаетесь посреди ночи и не может дышать - иногда целую минуту. Представьте, что это происходит сотни раз за ночь. Представьте, что ваше сердце останавливается. Тем не менее, апноэ во сне не является результатом ожирения в чистом виде, это, скорее, результат фатальной ошибки эволюции человека - в стремлении стать доминирующим видом нам пришлось пройти некие физиологические изменения.

Большая часть изменений связана со следующим: ходить на двух ногах, иметь б’ольший мозг и уметь говорить. Научившись говорить, мы завоевали мир. Результатом этого, однако, является более короткий и более жесткий механизм дыхания. И именно из-за этого механизма дыхания – более слабые мышцы языка и более сильные мышцы горла, люди борются за дыхание. Представьте себе: почти 15% людей на Земле имеют апноэ во сне - и многие люди не знают, что у них есть данное заболевание.

Профессор Колин Салливан (Colin Sullivan) внес значительный вклад в понимание и лечение апноэ сна. Он не только сыграл важную роль в разработке первых лабораторий сна для взрослых и детей в Австралии, но и изобрел метод лечения апноэ с помощь подачи воздуха через нос, чтобы спасти человечество от этой эволюционной болезни.

Когда за плечами компании прослеживается солидная и полная побед история развития, согласитесь, это впечатляет.

У ResMed это было так:

1988 1989 1993

1995 1997 1997 увл-ль

1999 2000 2001

2002 2003 2003

2005 2007 2008

2009 2014 2017

Подробнее..

Доктор Колин Салливан (Colin Sullivan)

Когда д-р Салливан встретил своего наставника Дэвида Рида, который был специалистом по синдрому внезапной детской смерти, они поняли, что это состояние связано с каким-то дефектом дыхания. Изучение синдрома внезапной детской смерти - это то, что в конечном итоге привело к тому, что д-р Салливан стал больше интересоваться наукой о сне - и вскоре синдром обструктивного апноэ сна станет его призванием.

Однако, прежде, чем перейти к изучению данного состояния у людей, д-р Салливан поехал в Торонто, где на протяжении 3-х лет изучал собак, в частности английских бульдогов, мопсов и другие породы с аналогичным механизмом дыхания. Именно благодаря данным предварительным исследованиям, д-р Салливан нашел связь между сном и дыханием.

Фрагмент интервью с доктором Салливаном (Colin Sullivan) – человеком, открывшим и разработавшим метод СРАР-терапии (лечения пациентов с нарушением дыхания ночью во сне с помощью положительного давления воздуха):

Д-р Колин Салливан стал пионером СРАР-терапии, сейчас его открытие помогает спать и высыпаться, чтобы быть бодрыми и полными сил миллионам людей по всему миру.

В наши дни применение метода непрерывной подачи воздуха под положительным давлением в дыхательные пути (CPAP) является рутинным способом лечения пациентов с синдромом обструктивного апноэ сна (СОАС) – более того, золотым стандартом. При этом, 30 лет назад единственным возможным способом лечения СОАС (синдром обструктивного апноэ сна) была трахеотомия. Сейчас д-р Колин Салливан, который пришел к идее лечить апноэ сна таким способом, вспоминает как это было тогда.

Вопрос: Как вы пришли к идее о CPAP?

Ответ: После работы с исследователем сна Элиотом Филлипсоном в Торонто в 1979 году я вернулся в Австралию и продолжил исследования в области верхних дыхательных путей. Верхние дыхательные пути меня уже давно интересовали, особенно в отношении синдрома внезапной детской смерти (SIDS).

Вернувшись в Австралию, я вначале сосредоточился на анализе реакций на обструкцию в носу и трахее, экспериментируя на собаках. В результате этих опытов мы стали довольно искусными в изготовлении стекловолоконных масок для собак. Чуть позже, к исследовательской группе присоединились Faiq Issa и Michael Berthon-Jones, которые вместе со мной исследовали обструкцию дыхательных путей во время сна у людей.

В 1980 году у нас в Сиднее проходил симпозиум, который собрал исследователей и экспертов со всего мира; мы обсуждали последние исследования и знания по вопросам дыхания во сне. На этом симпозиуме пионеры исследования сна Эллиот Вайцманн (Elliot Weitzmann) и Кристиан Гуиллеминаулт (Christian Guilleminault) независимо друг от друга представили замечательные фотографии, которые показывали как возникает перекрытие верхних дыхательных путей во время сна. Эти фотографии вызвали широкие дискуссии среди профессионалов - демонстрируют ли они пассивный коллапс верхних дыхательных путей или активное сокращение мышц во время сна. Ответа мы не нашли, но этот вопрос заинтересовал меня.

Вопрос о том, что кроется за перекрытием дыхательных путей во время ночи занимал меня и последующие несколько недель. Мы продолжили эксперименты с пациентами во время фаз сна REM и nREM до и после трахеостомии. Однажды днем мы готовили ночное исследование пациента с тяжелой степенью обструктивного апноэ сна, которому была запланирована трахеостомия. Он участвовал в серии ночных исследований, оценивающих дыхание до и после операции.

Во время подготовительной беседы пациент спросил меня - а есть ли альтернатива запланированной операции? Глядя на шланги и маски в комнате, я, вероятно, подумал вслух, и мне пришло в голову, что положительное давление воздуха, подаваемого в верхние дыхательные пути, поможет открыть и удерживать их от спадения.

Пациент был готов попробовать эту альтернативу, и в три часа дня мы начали искать подходящий материал. Мы взяли трубку, в которой сделали отверстия и с помощью клея Silastic прикрепили что-то вроде назальной накладки. Ну, теперь для создания необходимого давления воздуха нам была нужна турбина. Мы взяли, так сказать, не по назначению наш вентилятор , который мы использовали для калибровки и предположили, что это может сработать. Вот таким образом в течение нескольких часов было изобретено первое назальное СИПАП-устройство.

Мы были очень осторожны, так как не знали, чего ожидать, как пациент будет реагировать на процедуру, а вдруг устройство «взорвется». Поэтому мы планировали записать сон и дыхание в течение короткого периода времени с включенным вентилятором и наблюдать реакцию, а затем перейти к первоначальному эксперименту. Мы даже не ожидали, как быстро и просто нам удастся открыть верхние дыхательные пути.

Как только мы увеличили давление, обструкция сразу же исчезла, и пациент моментально погрузился в стадию REM-cна (фазы сна со сновидениями, необходимой для ментального восстановления). Снижение давления вызвало классический образец остановки дыхания, которую мы наблюдали у пациента накануне. Снова увеличили давление, обструкция снова исчезла. Повторив это нескольких раз, мы поняли, какое фантастическое механико-физиологическое устройство мы имели в нашем распоряжении для изучения обструктивного апноэ сна и его механизмов. Однако, в то время я еще не понимал, что данное устройство можно использовать для долгосрочной терапии пациентов. Тогда я был просто в восторге от количества дальнейших экспериментов, которые мы могли проводить при таком развитии событий.

Хотя, в начале и было запланировано, что эксперимент с вентиляцией повышенным давлением будет проходить каждую ночь в течение непродолжительного периода времени, положительный результат, который мы получили в виде улучшения качества сна и дыхания, а также хорошая переносимость пациентом, подтолкнули нас к тому, чтобы проводить исследования в течении всей ночи. Но, было понятно, что даже если эксперимент и был успешным в течение 5 минут, не было никакой гарантии, что все также будет хорошо и на протяжении 5-ти часов.

Понимаете, 30 лет назад мы знали, что дыхательные пути спадаются, но никто не знал, почему это происходит. Это был пассивный коллапс или это была активная мышечная реакция? Я думал вот о чем – если эта проблема, которую мы наблюдаем, является рефлекторной реакцией, тогда со временем возникнет адаптация к вентиляции положительным давлением. Если это физиологическая проблема пассивного коллапса, тогда СРАР-терапия будет действовать как воздушная шина, просто раскрывая дыхательные пути, и адаптация не произойдет.

Мне было понятно, что мы найдем ответ на этот вопрос в конце ночи. Поэтому мы продолжили нашу терапию положительным давлением до конца ночи, и на утро пациент был чрезвычайно доволен и выглядел отдохнувшим. Результат был однозначен, и мне стало очевидно, что речь идет о пассивном коллапсе, поскольку длительное открытие верхних дыхательных путей происходило вот так просто.

Вопрос: на тот момент Вам было уже понятно, насколько революционным было Ваше открытие?

Ответ: В ту ночь я действительно был очень воодушевлен. В 4 часа утра я уже написал свой первый проект отчета об исследовании для специализированного журнала. Но, чуть позже мне стало понятно потенциальное значение нашего открытия, и я решил повременить с опубликованием данных до того момента, как мы соберем все данные воедино. Поначалу я видел в данной технике только огромный потенциал для проведения исследований, чтобы можно было без каких-либо манипуляций с трахеей открывать и закрывать верхние дыхательные пути и измерять разные реакции.

Мы сразу начали проводить экспериментальные попытки, и нам понадобилось большое количество пациентов, прежде чем мы поняли, что данный метод терапии пациенты готовы и хотят использовать длительно в домашних условиях.

Первая попытка использования данного метода лечения на дому стала возможной благодаря особой настойчивости нашего первого пациента, который добился длительной апробации аппарата на дому. Он был настолько воодушевлен экспериментом и был готов на все, лишь бы только избежать трахеотомии.

Желание пациентов использовать это открытие длительно на дому явилось для нас толчком в поиске решения - как практически осуществить применение данного метода на дому. Это и стало путем преобразования СИПАП-устройства в эффективное и приемлемое средство для домашнего лечения.

Несмотря на то, что первые аппараты и были достаточно непрактичные, большинство пациентов принимали данный метод терапии. В конечном итоге, пациентам было неважно, как они выглядели в десять вечера, когда засыпали, если на следующее утро они могли снять маску, но при этом быть бодрыми и выспавшимися. Единственной альтернативой этому была пожизненная трахеостомия. Мы объясняли каждому пациенту в начале терапии, что мы не знаем продолжительность эффекта данного способа терапии, и что хирургическая операция в виде трахеостомии в будущем не исключена.

Вопрос: Каким был аппарат в самом начале?

Ответ: Первые аппараты были с модифицированным двухуровневым двигателем от пылесоса. Для крепления маски мы опробовали бесконечное число вариантов. В качестве части, фиксируемой на голове, лучше всего функционировала внутренняя часть шлема для велосипедиста. Маски мы делали в единственном экземпляре, при этом мы давали пациенту упаковку Silastic пасты, с помощью которой пациент закреплял маску. Позже мы стали использовать двигатель Vortex, который изначально был разработан для стоматологической бормашины; он оптимально подходил для наших целей. В 1981 году к нашей команде присоединился Джим Брудерер (Jim Bruderer), Швейцарский создатель различных инструментов. Его разработки на порядок улучшили аппараты и маски для домашней терапии. В 1984 году мы прекратили единичное/штучное производство масок, так как в 1985 году уже были сотни пациентов, использовавшие СИПАП-терапию на дому.

Доктор Питер Фаррелл (Peter C. Farrell)

В 1981 году профессор Колин Салливан и его коллеги из Сиднейского университета описали и разработали метод создания постоянного положительного давления в дыхательных путях (CPAP) - первое успешное неинвазивное лечение обструктивного апноэ сна (OSA).

После того как успешные результаты были опубликованы в журнале Lancet, д-р Салливан запатентовал данную технологию и начал искать партнера, чтобы воплотить ее в жизнь.

В 1986 году д-р Салливан обратился к Крису Линчу, управляющему директору Центра медицинских исследований компании Baxter и Вице-президенту R & D Baxter Healthcare. Крис Линч, в свою очередь, обратился к своему коллеге по компании д-ру Питеру Фарреллу: «На медицинском факультете университета Сиднея есть пульмонолог, который лечит храп и апноэ с помощью «перевернутого пылесоса». Я думаю, что тебе нужно пообщаться с ним».

На тот момент д-р Фаррелл работал на американскую компанию, которая занималась медицинской техникой Baxter Healthcare и искал инновационные продукты, которые бы смогли развить предприятие. Упоминание нового неинвазивного способа лечения «болезни храпунов» заинтересовало его, так как до этого только трахеотомия была единственным способом лечения обструктивного апноэ сна. Поэтому он попросил Колина Салливана (Colin Sullivan) продемонстрировать ему один из первых СРАР-аппаратов. «Прадедушка» сегодняшнего маленького, тихого, элегантного аппарата для лечения апноэ весил почти 7 кг, выглядел неказисто и ужасно шумел, но работал.

Метод д-ра Салливана, демонстрирующий его СИПАП-технологию, сняли на видео.

На видео был тучный мужчина, находящийся в постели – он фыркал, храпел и задыхался в потенциально смертельной схватке с обструктивным апноэ сна. При этом артериальное давление и пульс пациента во время апноэ удвоились.

После этого Колин Салливан надел на пациента маску и подключил к аппарату – дыхание пациента сразу нормализовалось. Для того, чтобы окончательно убедить Фаррелла, Салливан снизил давление на лечебном аппарате, и мужчина сразу начал опять храпеть, во время остановок дыхания артериальное давление и пульс опять начали подниматься до опасных значений. Д-р Питер Фаррелл был вдохновлен не только самим аппаратом, но он также понял, что данный метод лечения сможет продлить и облегчить жизнь многих страдающих от «болезни храпунов» людей.

«Но, я все-таки не могу себе представить, что люди будут использовать эту вещь» - сказал д-р Фаррел. На этот вопрос д-р Салливан смог дать исчерпывающий ответ – он показал ему 100 пациентов, которые больше не могли себе представить свою жизнь без СИПАП-аппарата, терпя и шумность аппарата и некий дискомфорт, потому что теперь они могут нормально спать. А один пациент даже сделал отверстие в стене спальни, чтобы выставить турбину аппарата к примыкающему к дому гаражу, чтобы снизить уровень шума.

«Помню, как в 1986 году я смотрел на этот аппарат Дарта Вейдера и после разговора с людьми, страдающими от апноэ во сне, пришел к выводу, что он хорошо работал» - вспоминает д-р Фаррел.

Д-р Фаррелл был убежден. Он включил разработку СИПАП-устройства в проект BCMR (Центр медицинских исследований компании Baxter).

В 1987 году д-р Фаррелл, от имени компании Baxter, инвестировал в разработку технологии д-ра Салливана - для дальнейшего развития прототипа CPAP-аппарата и проведения клинических испытаний в группе пациентов с тяжелой степенью апноэ сна.


1988 г., сипап-аппарат Sullivan


Когда в 1989 году компания Baxter по своим внутренним причинам решила не продолжать дальнейшую разработку направления аппаратов для лечения апноэ сна, у Питера Фаррелла было два варианта: он мог остаться на высокооплачиваемой должности вице-президента R & D в крупной компании; или мог уйти, начав свой новый проект, в который он всем сердцем верил. Питер Фаррелл выбрал новый путь.

Он смог договориться с компанией Baxter о передачи ему частично разработанного проекта по созданию аппаратов для лечения СОАС и создал новую компанию. Риск был огромным. Продукт только-только прошел стадию создания прототипа, не было ни дохода, ни производственных мощностей, нужен был персонал, сложно было оценить объем рынка для реализации данного продукта), медицинские специалисты, которые вели подобных пациентов , не знали о существовании подобной терапии и мало кто был убежден в необходимости лечения обструктивного апноэ сна.

Кроме того, на слуху были примеры неудачных опытов новых предприятий, которые начинались с гораздо более высоких ресурсов и перспектив.

В 1989 году вместе с Крисом Линчем и Колином Салливаном д-р Фаррелл основал компанию ResMed (сокращено от «Respiratory Medicine» - Респираторная медицина) и выкупил технологию д-ра Салливана у компании Baxter, чтобы осуществить промышленное внедрение данной технологии (прототип СИПАП-аппарата) - другими словами, создать СИПАП-аппарат и сделать его доступным для пациентов во всем мире.


Питер Фаррел на производстве, 1992 г.




Доктор Фаррелл является доктором химических наук и биоинженерии Вашингтонского университета в г. Сиэтле, доктором наук Университета Нового Южного Уэльса по научным исследованиям в области лечения с помощью искусственной почки.

Создав компанию ResMed д-р Питер Фаррелл пообещал, сделать СИПАП-аппараты и маски для них максимально удобными, тихими и простыми в использовании, и компания ResMed выполнила это обещание, став технологическим, интеллектуальным бессменным лидером в этом сегменте рынка.



Сегодня Питер Фаррелл является председателем совета директоров компании ResMed.

Его сын Майкл Фаррелл, являющийся сотрудником ResMed более 15 лет, в 2103 году стал исполнительным директором компании.

Питер Фаррелл является почетным членом нескольких профессиональных организаций, в том числе членом Национальной академии технических наук, в которую он был избран в 2012 году.

В 1998 году в Сан-Диего д-р Фаррелл был назван предпринимателем года в области медицинских наук; австралийский предприниматель года в 2001 году и Национальный предприниматель США в области здравоохранения в 2005 году.

В 1998 году д-р Фаррелл присоединился к Исполнительному совету Отдела медицины сна в Гарвардской медицинской школе, занимал пост заместителя председателя с 2000 по 2010 год, а затем стал председателем и работал в данном качестве до 2013 года.

В 2012 году он вступил в попечительский совет Научно-исследовательского института Скриппса (Scripps Research Institute).



Роль д-ра Фаррелла в качестве основателя компании ResMed и главного исполнительного директора на протяжении более 20 лет дает ему уникальное и глубокое понимание деятельности и технологий компании.

Д-р Салливан был удостоен престижной премии Сазерленд Австралийской академии технологических наук и инженерии (технологии на благо общества). В дополнение к своей профессорской роли, в настоящее время он является председателем исследовательского комитета в медицинском отделе Сиднейского университета, а также врачом-консультантом в Детской больнице в Уэстмиде и Сиднейской детской больнице в Рандвике.